МИД: У России есть достойный ответ на любую попытку силового давления США

Россия имеет возможность дать достойный ответ на любую попытку силового давления со стороны США. Об этом заявил в воскресенье директор Департамента по вопросам нераспространения и контроля над вооружениями МИД РФ Владимир Ермаков на ассамблее Совета по внешней и оборонной политике (СВОП).

«Сейчас, в 2018 году, мы видим, что военно-технологический расклад кардинальным образом поменялся именно в пользу России, — подчеркнул дипломат. — Достойный ответ на любую попытку силового давления со стороны США у нас есть».

«Американский миф о вхождении в эпоху их повсеместного и безраздельного доминирования просуществовал не больше десятка лет, а теперь уже точно разлетелся в клочья. Россия вернулась на свои исторически востребованные позиции одного из гарантов стабильности и справедливости в глобальных делах на основе международного права», — отметил Ермаков.

«Рано или поздно, но нашим американским коллегам придется с нами договариваться. Причем им, наверное, полезнее было бы это сделать рано, а не поздно, так как военно-технологический вес США в глобальном раскладе сил неизменно падает», — обратил внимание глава департамента.

«Нынешняя ситуация характеризуется беспрецедентным сжатием пространства конструктивного взаимодействия. Основная причина — неготовность США и их союзников признать объективные реалии уже народившегося полицентричного миропорядка», — отметил дипломат.

«Осознание (странами Запада. — Прим. ред.) невозможности продлить период своего одностороннего доминирования в мировых делах вызывает нервозность и приводит к таким неадекватным действиям, как санкции, силовое принуждение и просто неэтичное межгосударственное поведение. Все это ведет к усилению конфликтности в межгосударственных отношениях, — заявил Ермаков. — В этом плане гонка вооружений, конечно же, не блеф, а весьма опасная реальность, оказывающая существенное подрывное влияние на глобальную стабильность и международную безопасность».

Договоренности в области разоружения маловероятны

Новые юридически обязывающие международные договоренности в области контроля над вооружениями в обозримом будущем вряд ли возможны, также отметил Ермаков. «Единственным действующим юридически оформленным международным обязательством в области разоружения является лишь статья 6 Договора о нераспространении ядерного оружия», — сказал он. «Вряд ли в обозримом будущем мы можем на что-то большее рассчитывать», — добавил дипломат.

Ермаков отметил, что США больше не устраивает существующее правовое регулирование в области контроля над вооружениями, из-за чего они пошли на слом существующей в этой области структуры договоренностей. «Подвергается серьезнейшим испытаниям Договор о ракетах средней и меньшей дальности, зреет неопределенность с перспективами самого успешного за последние десятилетия Договора о стратегических наступательных вооружениях, все отчетливей угрозы», — перечислил он.

«Все отчетливей угроза появления оружия в космосе, не имеет никаких шансов на вступление в силу Договор о всеобъемлющем запрещении испытаний ядерного оружия, в тупиковом состоянии Конвенция о запрещении биологического и токсинного оружия, большие проблемы у Конвенции о запрещении химического оружия. Как мы все видим, темные тучи нависли над фундаментальным Договором о нераспространении ядерного оружия», — сказал Ермаков.

Продление СНВ-3

Говорить о возможности продления Договора о стратегических наступательных вооружениях (СНВ-3), вступившего в силу в 2011 году и рассчитанного на 10 лет, можно только после того, как США вернутся к полному выполнению положений этого договора, заявил дипломат.

«Говорить о том, способны ли они на продление, можно будет только после того, как они вернутся полностью к выполнению буквы и духа договора», — сказал дипломат.

Договор о СНВ вступил в силу в 2011 году. Согласно документу, каждая из сторон сокращает свои СНВ таким образом, чтобы через семь лет после его вступления в силу (в 2018 году) и в дальнейшем их суммарные количества не превышали 700 единиц для развернутых межконтинентальных баллистических ракет (МБР), баллистических ракет подводных лодок (БРПЛ) и тяжелых бомбардировщиков (ТБ), 1550 единиц для боезарядов на них, 800 единиц для развернутых и неразвернутых пусковых установок МБР, БРПЛ и ТБ.

Новый договор остается в силе в течение 10 лет — до 2021 года, если не будет заменен до этого срока последующим соглашением о сокращении и ограничении СНВ. Он также может быть продлен более чем на пять лет (то есть до 2026 года) по обоюдному согласию сторон.

Источник